Выставка Millionaire Faire 2009 в Москве…

Белый лимузин

А сам параход в Манеж не поместился

Millionaire Fair: Миллионеры отступают, но не сдаются…

Прямо у входа стоит приличных размеров белый Hammer, метров десять в длину. Вещь, скажем прямо, при наших дорогах, да при наших руководителях, нужная и своевременная: любую грязь пройдет и на ухабе не дрогнет. Парковаться, правда, не очень сподручно.

- Вам себе купить или на прокат? – заметив мое напряженное внимание к товару, спрашивает парень при машине.

- Надо посмотреть, подумать – задумчиво, по-хозяйски, отвечаю я, внутренне торжествуя, оттого, что во мне заподозрили человека, способного покупать хаммеры. Обошел кругом. Посидел в мягком салоне.

Полежал на диване для сладких утех в приватном кабинете. Пощупал колесо. Доедет то колесо до Петербурга, факт – доедет.

- Почем? – спрашиваю.
- 220 тысяч евро. – отвечает продавец длинных хаммеров.

В уме прикидываю: это почти девять миллионов рублей. Проще говоря, две однокомнатные квартирки в спальном районе.

Наш корреспондент примерил на себя роль миллионера

Наш корреспондент примерил на себя роль миллионера
Фото: Леонид ВАЛЕЕВ

И что интересно, Хаммер этот привезен из Нью-Йорка, а цена в евро. Вот такая кризисная валютная заковыка, однако. Девчата по выставке ходят справные, да наряженные, как на Пасху. На пальцах Сваровски, на лицах неуловимое томление одиночества.

- Женихов, поди, ищите богатых? – спрашиваю в лоб, как следователь особой тройки.
- Да, неплохо бы, – предельно откровенно, тоже в лоб, признаются они, нисколько не робея.

- Взгляните на это зеркало! – зазывает меня, словно на колхозной ярмарке, девушка неземной красоты. – Оно придаст вашему загородному дому неповторимый, изысканный романтизм.

Девушка Ира, директор магазина эксклюзивных интерьеров почти убеждает меня, что без ламберного стола, покрытого сусальным золотом, за 130 тысяч евро, моя дальнейшая жизнь утрачивает всякий смысл. И я уже готов выложить эти несчастные 130 тысяч, но к счастью, у меня их нет. Но я обещаю, непременно зайти в салон и выбрать себе что-нибудь попроще.

- А вот Спайкер! Отличная модель! За 157 тысяч. – предлагает мне другая девушка. Я даже на Черкизовском не пользовался таким вниманием прдавцов.

Невдалеке художник Никас Сафронов походя, нехотя, позирует неуемным папарацци.
- Скажи мне Никас, есть ли в жизни кризис? – спрашиваю я его.

- Кто не работает, у того и кризис. – не прекращая ни на минуту фотосессии, отвечает Никас, – А у меня, именно сейчас как раз столько заказов, что и за два кризиса не разгребешь.

Сопровождаемый кавалькадой журналистов, он отважно садится за руль великолепного Shelby Supercar по триста тысяч евро за штуку. Хозяева машины, думая, что я его секретарь, суют мне проспекты своей фирмы, визитные карточки. Я машинально обещаю позвонить и перевести деньги.

- Не люблю спортивные машины. – с затаенной печалью вздыхает Никас, – Мне как-то султан Брунея подарил такой же, я немного поездил, потом продал. В Москве на нем не разгонишься. Я люблю большие машины.

На секунду сверкнула неясной звездой в сполохах фотовспышек и растворилась во мраке Джага-Джага российской попсы, певица Катя Лель. На горизонте величаво, словно царица, выплывает Дама с собачкой, Светлана Конеген. Следом, в сопровождении симпатишного мачо, появился человек в белых волосах.

Но не Басков. Защелкали камеры. Засверкали в вспышках фарфоровым блеском зубы снежной белизны.

- Кто это? – тревожно воскликнула корреспондент телевидения Загреба хрупкая девушка Ведрана. Не узнала, стало быть, Александра Пескова. Богатым будет.

- Это, как бы тебе это объяснить, великий артист, – туманно отвечаю я.
- Певец?

- Ну это как бы… – я пытаюсь найти аналог подобной звезды в мировой культуре, и не могу. Только у нас в стране, человек без голоса, пародист-травести может достичь уровня славы золотых голосов России.

- Что бы вы хотели купить здесь? – спрашиваю артиста.

- Я горжусь Россией! – не в тему, но пылко, как декабрист, воскликнул Александр, – Только великая страна может себе позволить такой красочный праздник. Мне недавно новое помещение дали. Спасибо Путину, Лужкову… Вы записываете? – обеспокоился он, заметив мою растерянность.

- А как же! – резко очнулся я от чарующей магии слов.
- Допишите, и Кобзону!

- Коб-зо- ну! – повторил я для него по слогам, а на самом деле дописал: «На выставке было много шампанского. Но не было закуски. Экономят на нас, дорогих гостях! Чтобы поскорее набухались и раскупили всю эту красотишшу!»

- Вот он – настоящий кризис! – иронизирует хорватская журналистка, – То ли дело, я была недавно на Millionaire Faire в Лондоне, так там это целый город. Несколько павильонов. За день не обойдешь. Да и в Москве, два года назад в Крокус Сити эта же выставка занимала несколько огромных залов: яхты, кареты, сады, вертолеты, а нынче одни дешевые понты.

Она вообще-то сказала «miserable cartoon» но я произвольно улучшил ее мысль. Мнение хорватской журналистки может не совпадать с моим, но вот я пробыл а выставке четыре часа, но не заметил, чтобы кто-то что-то купил. Никто не кричал: «Продано!» и не бил по рукам! Да и я не нашел ничего такого, без чего бы я не мог прожить и дня. А вообще, мне показалось, прижимистый, зажиточный русский мужик просто зажрался.

Богатым тоже не чужды простые развлечения